Каждый из нас в детстве хотел быть космонавтом. Летать в невесомости, смотреть на нашу планету и понимать, насколько она мала. Выходить в открытый космос и наслаждаться бесконечной красотой галактики.
Однако, стали бы мы мечтать так же сильно, если бы знали несколько пикантных подробностей про эту завораживающую профессию?
Полковник в отставке Майк Маллейн, у которого на счету три полета в космос, решил ответить на самые глупые вопросы, которые не принято спрашивать. Помогал ему в этом космонавт Лерой Чиао.
Взгляд Изнутри.
Поправка: Если ты кушаешь, советуем оставить эту статью на десерт 🙂
Как ходят в туалет в космосе?
Майк Маллейн:
В невесомости невозможно смыть отходы водой. Поэтому писсуар на корабле похож на шланг от пылесоса. Насадки есть для мужчин и для женщин. Женщины космонавты тоже писают стоя.
И что происходит дальше?
Маллейн:
Все «добро» всасывается и собирается в бак, где накапливается в течении пары дней. А после наши испражнения выбрасываются в космос. Выглядит это красиво — они замерзают, и ледяные кристаллики ярко сверкают на солнце.
А как ходят по-большому?
Маллейн:
Отверстие для отходов очень маленькое. Это далеко не сидение унитаза, поэтому точность очень важна. Честно говоря, понять, куда именно нацелен твой задний проход в этом небольшом радиусе, ох как непросто.
Вы отрабатываете эту процедуру на Земле?
Маллейн:
Тренировочный процесс в НАСА подчиняется принципу «чтобы никаких неожиданностей». Они сконструировали модель туалета шаттла и на дне отверстия для сбора твердых отходов установили камеру с фонариком, который фактически освещает твой задний проход.
Ты садишься на эту штуковину, перед тобой установлен телеэкран, и ты ерзаешь, пока не удастся совместить отверстия, а потом запоминаешь, как расположена твоя задница по отношению к деталям на сидении.
Справлять нужду в эту штуку не надо. Просто тренируемся точно прицеливаться.
Твердые отходы выбрасываются в открытый космос, так же, как и испражнения?
Маллейн:
Твердые отходы возвращаются на Землю вместе с шаттлом. Если мы выбросим их за борт, это явно придаст новый смысл традиции загадывать желание, когда видишь падающую звезду.
Были ли у вас внештатные ситуации с туалетом?
Лерой Чиао:
Одним пятничным вечером на космической станции мы почувствовали ужасный запах из-под панелей около туалета. Мы подняли их — и оттуда выплыли большие шарики зеленой слизи.
После каждого использования туалета система автоматически пускает по трубам в бак концентрированную кислоту, чтобы поддерживать чистоту.
Этот насос должен работать всего несколько секунд, но он сломался и перекачал весь бак кислоты в бак с отходами, который в итоге переполнился.
Стесняюсь спросить, но в воздухе плавали ваши отходы?
Чиао:
В общем-то да.
Красиво хоть было?
Чиао:
Да нет. Это выглядело весьма противно.
Насколько мне известно, вы не сможете схватить шарик фекалий, ведь он распадется на множество мелких шариков?
Чиао:
Поэтому их и не надо хватать руками. Надо постараться завернуть их в какую-нибудь грязную майку или что-то подобное, чтобы она впитала жидкость.
Во время запуска ракеты Вам приходится надевать подгузники. Как оно?
Маллейн:
Ужасно. Ты сидишь с поднятыми ногами и начинаешь хотеть в туалет. Потерпеть не получится, ведь впереди еще несколько часов полета. Именно тогда ты понимаешь, почему ревут младенцы. Писать в подгузник — чрезвычайно противно.
Астронафты всегда носили подгузники?
Маллейн:
Не знаю. Когда я летал — и, думаю, сейчас ничего не изменилось — у мужчин был выбор. Можно было надеть на причиндал этакий «презерватив» для сбора мочи. Она стекала в мешок с обратным клапаном, закрепленный на липучках на поясе. Все получается намного чище, чем в подгузнике.
Во время моего первого полета я пользовался этой системой. Проблема в том, что через несколько часов перестаешь чувствовать этот мешок и не знаешь, надет он или уже сполз. А если он сползет, получится, что ты мочишься прямо в скафандр, что крайне нежелательно. Мой никогда не сползал, но я так беспокоился по этому поводу, что решил: хрен с ним, лучше буду носить подгузники.
Если пукнуть в невесомости, то полетишь вперед?
Чиао:
В принципе, да. Каждое действие вызывает равное по силе противодействие. Наверняка полетишь, но на несколько миллиметров.
А в космосе часто встает член?
Маллейн:
В невесомости происходят физиологические изменения, и, в частности, иначе распределяются жидкости в организме — равномерно по всему телу.
Лодыжки, бедра и талия становятся тоньше, а грудная клетка и груди у женщин — больше. К сожалению, лицо тоже распухает. Если внимательно посмотреть на астронавтов, заметите, что они как будто с похмелья.
Огромный стояк?!
Маллейн:
Пару раз я просыпался, и мой член стоял так, что я мог бы сверлить им графит.
Кто-нибудь когда-нибудь занимался сексом в космосе?
Маллейн:
Я могу точно сказать, что на шаттлах, где летали вместе мужчины и женщины, этого не было, потому что уединиться негде. Теоретически можно было бы расположиться в шлюзовой камере, но все бы поняли, что именно там происходит. Вы же не собираетесь выходить в открытый космос, так что у Вас нет причин там находиться.
Чиао:
Я совершенно уверен, что этого не случалось по одной причине: мужики всегда остаются мужиками. И если бы у кого-то был секс, этот парень наверняка бы не смог удержаться и разболтал бы кому-нибудь, в конце концов об этом знали бы все.
Это все равно бы не удалось удержать в секрете, ведь Хьюстон наблюдает за вами в режиме 24/7, верно?
Чиао:
На самом деле нет. Мы управляем камерами на шаттлах и на космической станции и можем их отключать.
А что если эти камеры отключат проникнувшие на борт инопланетяне?
Чиао:
Тогда у нас явно будут проблемы поважнее.
Твои мечты разрушены? Мы думаем, что это все равно забавно — быть космонавтом. Поделись своим мнение в комментариях!